еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Белая халатность?

Лермонтовский роддом снова в центре скандала. Информация, появившаяся в сети Интернет, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Согласно новостям, опубликованным в социальных сетях края, у 17-летней лермонтовчанки Вероники первые роды, случившиеся накануне этих мартовских праздников, оказались последними. Больше иметь детей она не сможет.

Судя по всему, события развивались следующим образом: роженицу, у которой начались схватки, привезли в родильное отделение. При помощи кесарева сечения она произвела на свет дочку, потом ещё пару-тройку дней находилась под наблюдением врачей, затем после проведения контрольного УЗИ молодую маму выписали домой. В эту же ночь у Вероники поднялась температура и начались сильные боли внизу живота. Врачи Скорой помощи, не заподозрив почему-то неладного, ограничились обезболивающим уколом.

На следующий день ситуация повторилась, и лишь тогда Веронику госпитализировали. Обследование показало, что у неё началось заражение крови. Медики в Лермонтове не решились что-либо делать сами и вызвали профессора из краевого центра, который констатировал – если пациентке экстренно не удались детородные органы, всё может закончиться летальным исходом. Операция прошла успешно, и сейчас Ника хоть и находится ещё в больнице, но чувствует себя нормально. Родственники девушки и сама пострадавшая уверены, что врачи, делавшие ей кесарево, забыли в брюшной полости ватный тампон, который и послужил причиной заражения.

Так это или нет, достоверно и, как говорится, из официальных источников, редакции узнать не удалось. Руководство роддома хранит гробовое молчание; тайну – проводится ли по этому факту проверка – делает и городская прокуратура, наотрез отказавшаяся давать какие-либо комментарии по этому случаю. В местном надзорном ведомстве даже не соизволили ответить, в курсе ли они вообще относительного этого случая. Краевой минздрав ограничился тем, сообщив, что роддом Лермонтова находится при медсанчасти № 101, принадлежащей Федеральному медико-биологическому агентству (ФМАБ) РФ, а работу учреждений федерального подчинения они комментировать не могут. Нет пока ответа и от ФМАБ, руководителю которого был послан электронный запрос из редакции.

 

Рождественский кошмар

Шумит и возмущается лишь общественность. И есть повод – ведь совсем недавно, в дни новогодних каникул, лермонтовский роддом оказался у всех на слуху из-за смерти новорождённого мальчика буквально через несколько часов после появления на свет. Резонанс вызвало письмо отца малыша Антона Сотникова, опубликованное на городском форуме. Вот оно: «Привёз жену 4 января 2015 г. в 6:30 со схватками, не приняли, привёз через полчаса положили, срок уже перехаживала. Там начали колоть, тушить схватки, и так четыре дня. На пятый начали отходить воды, и воды уже были пропавшие. (На второй день нахождения мы просили сделать кесарево, отказали.) Повели рожать, разрезали влагалище, когда выдавливали малыша, не увидели, что он выходит с пузырём, а когда заметили, у малыша вода уже пошла в лёгкие. Вытащили, начали откачивать воду из лёгких, в это время жену зашили как кусок мешковины. Малыша унесли. Через пару часов она нашла в себе силы и пошла к малышу, он был подключён к аппарату искусственной вентиляции лёгких, она его погладила, он сжал её палец и губами сделал что-то вроде улыбки. Её увели. Наутро сказали, что малыш не выжил. Когда я приехал, врач мне не смог дать здравый ответ, бешено бегали глаза и противоречил самому себе. И сказал, что вскрытие установит причину, но только 12 января, типа не могут дозвониться патологоанатому. Через час я его сам нашёл, и он мне сказал, что на 9-е его вызвали на вскрытие. Тут я понял, что они пытаются что-то скрыть. Обратился в ОВД, прокуратуру и Следственный комитет. Позвонил заведующей Романенко Елене Николаевне и задал вопрос по поводу вскрытия, но её слова не совпадали со словами патологоанатома и женщины из похоронного бюро. Тем самым вскрытия не допустили. Сейчас дело под личным контролем прокурора и некоторых депутатов города. Суть: халатное отношение врачей МСЧ 101, приведшее к трагедии в нашей семье. Верю, что виновные будут наказаны».

 

Много шума и… ничего

Эта история создала тогда в крае переполох: на еженедельной планёрке губернатор Владимир Владимиров поручил региональному министру здравоохранения Виктору Мажарову взять на контроль расследование смерти младенца. Происшествием заинтересовался и Следственный комитет края, начавший проверку. А в Лермонтов нагрянул целый «десант» в белых халатах – межведомственная комиссия из внештатных акушеров-гинекологов ФМБА и руководителей профильных отделов минздрава края. В общем, резонанс был оглушительный. А вот потом дело «заглохло»: высокопоставленная медицинская комиссия не нашла в действиях медиков нарушений и пришла к выводу, что младенец был не жилец из-за врождённой патологии. Общественность, как это часто бывает, о выводе комиссии уведомить «забыли». Уголовное дело то ли возбуждено, то ли нет – не известно.

– Я не пойму, как эта комиссия не заметила «подчистки» в медицинских документах моей жены? – удивляется Антон. – Когда я пришёл в роддом с заявлением о выдаче мне медицинских документов моей жены, у меня долго не принимали это заявление. Потом «смилостивились» и пообещали отдать бумаги через три дня. Почему не сразу? Это стало ясно после их получения. В роддоме моей жене лишь один раз сделали кардиотокографию (этот метод исследования, сокращённо КТГ, определяет благополучие ещё неродившегося малыша. Аппарат регистрирует сердцебиение малютки и сокращения матки, а иногда и шевеление плода, и всё это регистрируется на специальной миллиметровой ленте в виде графиков. – Примечание редакции.). Но результатов роддомовских КТГ, находившихся в выданных нам документах, оказалось три(!), и причём – все разные, не совпадающие не только с результатами КТГ, которое делали в пятигорской женской консультации, где до родов наблюдалась моя жена, но и противоречащие друг другу. «Пятигорская» КТГ констатировала, что плод совершенно здоров и развивается без патологий. А «лермонтовские» КТГ – диаметрально противоположны по заключению о благополучии плода. Но почему-то данные в графиках, которые должны быть напечатаны аппаратом КТГ, оказались вписанными от руки – ФИО моей жены, дата и время проведения исследования. Я считаю, что это – прямой подлог документов. И это – лишь один факт из множества подобных.

 

Покой им только снится

Так что итоги служебного медицинского расследования комиссии не удовлетворили семью Сотниковых и они продолжают искать правду – обратились за проведением независимой комплексной экспертизы в БСМЭ в Ставрополе. Официальных результатов исследований оттуда ещё заявителям не поступало, но «Ставропольскому репортёру» из собственных источников стало известно, что эти результаты также не в пользу Сотниковых.

Сразу оговорюсь, никого не хочу обвинять и вешать ярлыки, но странностей в расследовании смерти новорождённого много. Во-первых, ничуть не удивляют выводы межведомственной комиссии, проводившей служебное расследование в лермонтовском роддоме. Ведь в её состав были включены сотрудники того самого ФМАБ, в структуру которой и входит роддом. Ну а кому захочется выносить сор из избы? Тем более что о корпоративной солидарности медиков все мы знаем не понаслышке: случаи, когда врачей удавалось отдать под суд за врачебные ошибки, можно пересчитать по пальцам. Что касается выводов БСЭМ, то если они и на самом деле окажутся реабилитирующими для медиков, значит, в словах президента «Лиги защиты пациентов» Александра Саверского заключена горькая истина. А говорил он буквально следующее: «К сожалению, у нас имеется достаточно оснований, чтобы не доверять той системе экспертных учреждений и заключений, которая имеется сегодня в России. Проводить экспертизу на территории того субъекта РФ, где причинён вред или смерть, – значит заведомо получить доказательство против себя (вероятность до 90 %). Это обосновано следующими обстоятельствами:

– непосредственной зависимостью Бюро СМЭ от управления здравоохранения и социального развития субъекта РФ, которое не заинтересовано в исходе дела в пользу пациента;

– эксперт – всегда чей-то знакомый или даже сослуживец. Врачебное сообщество – довольно тесный круг. Всё это и есть тёмная сторона корпоративности».

Но вернёмся к Веронике. Как удалось узнать, заявлений от её родственников в компетентные органы не поступало. Телефон девушки и её матери не отвечает. Почему? Ответ на этот вопрос дал опять Антон Сотников, близко общающийся с этой семьёй.

– Сначала они намеревались обратиться «куда надо», – говорит он. – Но теперь не знаю, будут ли. Потому что, как рассказали мне и сама Ника, и её мама, им недвусмысленно намекнули, что делать этого не надо. Дескать, вам ещё жить и лечиться в нашем городе, а больница здесь одна. Поэтому и молчат пока. Как молчит и рожавшая вместе с моей женой женщина, чей ребёнок сразу после появления на свет впал в кому и вот уже больше двух месяцев находится в реанимации детской больницы Ставрополя. Его мама – сама сотрудница МСЧ 101, поэтому, видимо, и не поднимает шум.

Будут ли Сотниковы бороться и дальше, если результаты исследования краевого БСМЭ их не удовлетворят? Антон говорит, безусловно, будут. Это – дело принципа. Не менее непробиваемого, чем корпоративная солидарность.

Ульяна УЛЬЯШИНА

Комментарии (0)