еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Изнанка власти (№ 15 (224) от 15 апреля 2014 г.)

Назначение Андрея Валентиновича Уткина представителем врио губернатора края по Восточной зоне Ставрополья вызвало вполне естественную реакцию не только простого обывателя, но и довольно искушённых в закулисных интригах различного уровня участников процесса, который уже трудно у нас назвать политическим.

В русском словаре есть слова «коррупция», «судимость», «воровство», которые заменяются модным жаргонным словом – «беспредел», и оно уже стало т.н. поглощающим термином. Насквозь криминализированное ставропольское высшее общество, судя по взрыву информации, в связи с назначением Андрея Валентиновича отреагировало соответственно: но он же тогда «слил»! А может, «сольёт» и сейчас?

Насколько это удалось в недалёком 2008 году новому губернаторскому порученцу, вы можете судить по интервью А. Уткина известному журналисту и депутату Госдумы РФ Александру Хинштейну.

Хорошо незабытое старое позволит освежить память ставропольской элите, а врио губернатора края и его свите осознать, что овчинка, добытая с возвращённых Бакресских отгонных пастбищ, может стоить им очень дорого.

То далёкое интервью состоялось в стенах ростовского СИЗО, где Андрей Уткин находился тогда в качестве подследственного. Нет особой нужды пересказывать весь текст материала, который многие жители Ставрополья читали в виде ксерокопии или распечатки, ввиду того что ежедневный «Московский комсомолец» не распространяется в массы по нашему краю.

Остановимся лишь на некоторых, особо интересных местах материала Александра Хинштейна.

 

– Мы слишком заигрались, – грустно говорит мне высокопоставленный арестант Уткин. – Ну её к чёрту, эту политику! Знал бы я, чем всё закончится...

Он замолкает на полуслове, низко опустив голову, но это молчание красноречивее любых слов...

Помимо чисто уголовной, у этих дел есть и иная подоплёка. Недаром аресту Уткина и бегству Кузьмина предшествовал приезд в Ставрополь оперативной группы МВД. Сам Уткин понимает это отлично; за время, проведённое в тюрьме, он многое успел переосмыслить.

Конечно, Уткин о многом умалчивает, но и то, что говорит он, трудно недооценить: никогда ещё руководители регионов не позволяли себе столь откровенно и неприглядно обнажать подлинную изнанку власти...

– За что вас арестовали?

– Формально или фактически?

– Формальная сторона мне известна.

– Если кратко, за то, что мы слишком заигрались. Попытались взять власть в регионе, поверив в красивые обещания, но не рассчитали силы... Тут надо понять, что происходит в крае. Власти как таковой нет. Губернатор – одно название. Посмотрите, как живут наши соседи – Кубань, Ростов. Административную границу пересекаешь – будто в другой мир попал. А Ставрополье – сплошная нищета». (И ведь до сих пор ничего не изменилось. – Прим. ред.).

– Мы – это кто?

– Мэр Ставрополя Кузьмин, другие члены нашей команды. Вообще, в регионе трудно найти руководителя, который не был бы настроен против Черногорова. Действовали мы единым фронтом, хотя стратегические цели у всех были разные и каждый видел в кресле губернатора только себя самого. Это и Гончаров (начальник ГУВД. – А.Х.), и Дуканов (начальник УФСБ. – А.Х.), и многие другие.

 

Обвинения, которые были предъявлены Уткину и ставропольскому мэру, – лишь капля в бездонном море. За годы правления эта команда успела полностью подмять Ставрополь под себя, забирая самые лакомые куски госсобственности.

Проведённая проверка Счётной палаты установила, например, что в результате хитроумно придуманной схемы в частные (понятно чьи) руки перешло за бесценок предприятие «Горэлектросеть».

(Сейчас с платежами «за свет» у ставропольчан полная головная боль. – Прим. ред.).

Огромные деньги делались на строительстве. В эпоху Уткина–Кузьмина пресловутая точечная застройка стала для Ставрополя настоящим бичом. Земля под коммерческое строительство повсеместно отрезалась от школ, детских садов, стадионов и даже... кладбищ. Подрядчики вырубали скверы и парки; самый вопиющий, пожалуй, пример – застройка сквера прямо у входа в городской парк Победы. (За это Уткину прощения от жителей города не должно быть никогда. – Прим. ред.).

Остановить этот беспредел никто даже и не пытался. Да и кому, собственно, было до этого дело?

Для Уткина с Кузьминым – людей хватких и оборотистых – подобное безвластие было исключительно на руку. Чем слабее становился Черногоров, тем большую силу набирали они.

Как и везде на юге, своего могущества и богатства эти люди не только не стеснялись, а, напротив, всячески им бравировали.

Сам Уткин жил, к примеру, в шикарном особняке в центре города. Дмитрий Кузьмин не вылезал из ночных клубов и разъезжал исключительно на дорогих авто. Те, кто видел его впервые, долго не могли поверить, что перед ними мэр краевого центра; одевался Кузьмин по чикагской моде 1930-х годов – полосатые пиджаки, лаковые туфли, кричащие рубашки.

Безнаказанность – вот что двигало этими людьми, вдохновляло, толкало на авантюры. И было бы странно, если б они не захотели взять всю власть в регионе в собственные руки...

Сейчас установлено, что убийство Прачева было организовано членами банды Попова, которая безнаказанно терроризировала край много лет и расстреляла десятки людей. (Ранее «СР» писал, что к данной ОПГ был причастен и Лев Травнев, нынешний глава Пятигорска. – Прим. ред.).

 

– Этого Попова я видел один только раз – худенький такой парень, даже не скажешь, что бандит, – рассказывает Уткин.

– Театр абсурда какой-то: один из руководителей региона встречается с главарём банды киллеров...

– Во-первых, я был тогда ещё вице-мэром. А во-вторых, жизнь заставит – даже с Гитлером за один стол сядешь. В конце 2004 года на меня тоже было совершено покушение: у дома подорвали фугас. А ещё раньше бомбу подложили во дворе мэрии. Мы сами начали искать заказчиков, вышли на Попова, но он впечатления тогда не произвёл. Честно говоря, подозрение пало на другую фигуру – вора по кличке Пухлый. С ним я тоже встречался, причём контакт наш организовывали чекисты. Часа полтора была такая жёсткая «тёрка». В итоге он сказал: всё, проблем у вас больше нет.

– Поговорим теперь о высокой политике. Как возникла идея вступить в «Справедливую Россию»?

– А другого выхода не оставалось. Когда начался конфликт с Черногоровым, нас с Кузьминым исключили из «Единой России» – это было уже после моего избрания спикером гордумы. Надо было к кому-то примыкать. Дима возглавил региональное отделение мироновской Партии жизни. Оттуда – понятно – перешли к «эсерам».

У нас было самое эффективное отделение в стране. На выборах в краевую Думу в прошлом марте (напоминаем, интервью 2008 года. – Прим. ред.) мы набрали 38% голосов – лучший результат по России. А «Единая Россия» во главе с Черногоровым – всего 20%. Все, понятно, хлопали нам в ладоши, говорили: молодцы, ребята, только вперёд...

– Вы знаете, что спецслужбы подозревают вас с Кузьминым в попытке дестабилизации обстановки в крае: в организации весенне-летних беспорядков, фашистских маршей?

– Всё было с точностью до наоборот. Марши скинхедов организовывали не мы, а Черногоров с Воропаевым – это его первый зам. Черногоров-то думал, что подставляет нас, а на деле его самого подставлял Воропаев, который пришёл в край за губернаторством.

– Интересно у вас выходит: куда ни плюнь – обязательно попадёшь в потенциального губернатора.

– Да, все – губернаторы...

 

Уткин, разумеется, лукавит. Если беспорядки в Ставрополе и играли кому-то на руку, то в первую очередь ему с Кузьминым.

Об этих событиях пресса писала много, предрекая Ставрополю участь новой Кондопоги, но потом накал страстей пошёл на спад. И подоплёка их так и осталась за кадром. А жаль.

Всё началось с массовой драки между местной молодёжью и кавказцами, в результате которой погиб уроженец Чечни Гилани Атаев. Было это 24 мая 2007 года. А уже через пару дней неизвестные убили двух русских студентов, и это породило волну самых противоречивых и душераздирающих слухов.

(До сих пор преступление не раскрыто, а перед ложно обвинённым фигурантом дела, просидевшим в СИЗО около года, никто не извинился. – Прим. ред.).

Из уст в уста передавалась страшная весть, что студентов – в отместку за Атаева – убили чеченцы. Более того, кавказцы якобы поклялись казнить 20 молодых славян и начинают в городе кровавую резню.

На центральной площади краевой столицы мгновенно собрался народный сход, быстро переросший в беспорядки. Милиция была переведена на усиленный режим патрулирования. В город начали съезжаться скинхеды и кавказцы.

В этой истории есть несколько странностей, заслуживающих того, чтоб о них упомянуть. Во-первых, её очевидный антигубернаторский настрой: на сходах и стихийных митингах Черногорова ругали не меньше, чем чеченцев, – за то, что продал край квказцам, за то, что не может навести здесь порядок.

Во-вторых, мэр Кузьмин проявил себя с удивительно героической стороны: он вышел к жаждущей отмщения толпе и вёл с ней душеспасительные беседы. Вместе с Кузминым пытался урегулировать конфликт и вице-губернатор Воропаев. По результатам данного народного схода тогда заговорили: почему вышли Кузьмин и зам Черногорова Воропаев? Но почему не появился сам Черногоров?

Ну а в-третьих, при обыске у него дома была найдена нацистская символика, а также поразительный документ – план дестабилизации обстановки в крае. Разыгрывание национальной карты значилось в нём едва ли не главным пунктом.

Если бы Ставрополь повторил судьбу Кондопоги, первым, кого постигла бы высшая кара, оказался именно Черногоров. По крайней мере, так считали мэр и спикер.

Именно эта информация, дойдя до руководства страны, и стала толчком к началу спецоперации против группы Уткина-Кузьмина. Дальше играть с огнём становилось уже опасным: граничащий с Чечнёй и Дагестаном край мог взорваться в любой момент, как пороховая бочка.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения Кремля, послужили тайные встречи Кузьмина со 2-м секретарём американского посольства, специально приезжавшим для этого в Ставрополь. В борьбе за власть эти люди готовы были не останавливаться ни перед чем – вплоть до раскрутки в регионе «оранжевого» сценария.

Тогда-то в Ставрополь и выехала оперативная группа МВД во главе с первым замначальника окружного главка генералом Солодовниковым – человеком, которого в ЮФО безо всякой иронии называют «бульдогом» или «генералом Серёжей».

Больше месяца группа Солодовникова находилась в регионе. Итогом её работы стали уголовные дела, возбуждённые против Уткина и Кузьмина, их добровольно-принудительное снятие с думских выборов и последующее бегство мэра, ещё вчера примерявшего на себя губернаторскую цепь.

 

– Определённые отношения у нас были и с полпредом Козаком. Он очень не любил Черногорова – вплоть до того, что, когда в 2005 году кандидатура Черногорова утверждалась краевой Думой, из полпредства настоятельно попросили: не надо поддерживать единогласно, пусть хотя бы человек пять проголосуют против.

Потом, уже накануне выборов в Госдуму, полпредство поставило нам ряд жёстких условий – вплоть до нашего с Кузьминым снятия из списка. Мы всё выполнили. После чего эти люди перестали с нами соединяться. Я долго пытался выйти на Козака, но безуспешно. Переехав в Москву, о ЮФО он напрочь забыл.

– Из ваших слов следует, что бывший полпред, а ныне федеральный министр Дмитрий Козак негласно поддерживал ваше противостояние с Черногоровым?

– В общем, да.

 

Комментарии, конечно, излишни, кроме одного противного вопроса, адресованного Николаю Гончарову, Сергею Солодовникову и Аркадию Еделеву, курировавшим тогда в МВД весь Северный Кавказ.

А что, Аркадий Леонидович, дестабилизация обстановки в отдельно взятом субъекте Российской Федерации не является уголовнонаказуемым деянием? Или статья «Экстремизм» подходит только для юнцов-нацболов, пачкающих майонезом костюмы от Бриони наших бедных чиновников, и полуграмотных безработных, бегающих с «калашниковым» по кукурузным полям в Нефтекумском районе?

Как-то странно получается. Государство тратит гигантские суммы на аппарат МВД, прокуратуру и суд, спецслужбы. А в это время люди, находясь буквально в двухстах метрах от здания ГУВД Ставропольского края, спокойно планируют захват власти и готовы осуществить задуманное.

Представьте на минуту, что если бы подобная ситуация возникла в каком-нибудь штате США. Скажем, на Техасщине или Айовщине. Будьте уверены, авторы плана схлопотали бы «по самое не хочу». Причём по совокупности инкриминируемых деяний. Путём сложения сроков мечты о собственном мини-государстве потянули бы на полвека отсидки.

Что касается «тайной вечери» со 2-м секретарём американского посольства, то она не была особенно тайной. Встреча прошла в тесном кругу, в тёплой и дружелюбной остановке, в ресторане «Тихий Дон» на проспекте Кулакова краевой столицы. На ней присутствовали: 2-й секретарь посольства США Даниэль Вартко, мэр Ставрополя Дмитрий Кузьмин, спикер ГД СК Андрей Уткин, спикер Думы Ставрополя Игорь Епринцев, клерки из администрации города. Разговор шёл о текущем избирательном процессе – предстоящих выборах в ГД РФ.

Днём ранее Д. Вартко встретился с Константином Вишневским, председателем совета некоммерческой общественной организации «Ставропольский Краевой Центр Общественных Инициатив «Альтер Вита», ещё одной знаковой личностью в Ставропольском крае.

Что касается предположения Александра Хинштейна о том, что в «борьбе за власть эти люди готовы были не останавливаться ни перед чем – вплоть до раскрутки в регионе «оранжевого» сценария», то он нуждается в подробной расшифровке для несведущего читателя.

(Видимо, эта проблема нуждается в расшифровке и для самого врио губернатора – что мы и постараемся сделать. – Прим. ред.)

 

От редакции

Андрей Валентинович в СИЗО ФСБ г. Ростова клятвенно пообещал не заниматься больше политикой, но не сдержал своего слова. А зря. Теперь политика опять займётся Андреем Валентиновичем.

Человек, в своё время разгромивший «Единую Россию» в крае, теперь помогает и.о. губернатора выиграть праймериз в этой партии. Лучшего способа, чтобы добить краевую ЕР, придумать трудно. Но партия такой власти это заслужила…

Сергей НАМИН

Комментарии (0)