еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Земля – Чиновник – Взятка – Срок, или Вечный риск градоначальников

Чиновников в России не любит никто, кроме проституток (и то лишь в качестве клиентов) и самих чиновников, в силу корпоративности. Долго разъяснять тут нечего, с этой сентенцией согласится любой наш гражданин.

Даже государство, чиновников порождающее, относится к ним насторожённо. Использует любые возможности для ограничения их деятельности, выходящей за рамки, предписанные должностью.

Всё равно выходят за рамки. Оформляют на родственников разного рода бизнес, всегда процветающий – ясно, почему. Прячут собственность, выдумывают всё новые способы хорошо жить и выглядеть – но так, чтобы ничего за это не было. И берут, берут, берут взятки.

Вот несколько десятилетий назад слово «коррупция» вызывало тревогу, немедленное желание противодействовать, выявлять, наказывать, вычищать. Сейчас – вызывает зевоту. Ну, как прыщи у подростков. Отвратительно, но так банально…

 

Давали, дают и будут давать

Анализировать причины чиновничьей взяткомании в нашей стране не пытались разве что младенцы – в силу отсутствия вербальных навыков. Ни к чему это не приводит и не приведёт. Осмелимся предположить: у нас брали, берут и будут брать, потому как ничего стоящего в сфере борьбы с коррупцией пока в России не изобретено. Или не допущено к применению.

Например, сфера землепользования. Такая скукотища, доложу я вам, одна терминология смежает веки. Однако именно обитающие в этой сфере чиновники благоденствуют, можно сказать, преимущественнее своих собратьев, отвечающих за другие вопросы жизнедеятельности. Правда, и садятся чаще.

Примеры? Последний – ставропольский градоначальник Бестужий, его история всем известна. До него – Дмитрий Кузьмин и Андрей Уткин. Господин Лунин, глава Михайловска… Его последователи в том же городе… А мэры Кисловодска, Пятигорска, Невинномысска…

Все эти градоначальники – нет смысла перечислять чиновников рангом пониже, коих тоже число несметное – пострадали в конечном счёте за взяточничество в сфере землепользования. Проще говоря, сдавали в аренду либо распродавали муниципальные земли за мзду.

Судя по суммам, фигурирующим в уголовных делах, сидеть на «земляном вентиле» выгоднее, чем даже на нефтяном или газовом. Это же надо: за одно согласие помочь в выделении земельного участка в аренду – полсотни миллионов! Со стороны кажется – бред полнейший, аренда ведь – это даже не покупка, могут придраться и отобрать в любой момент, да и какова должна быть возможная прибыль, если бизнесмены несут и несут, а чиновники берут и берут?..

Вот в этом интереснейшем моменте и попробуем разобраться.

 

Брали, берут и будут брать

Надо заметить, что земельное законодательство в России напоминает жуткие сибирские болота. Пытаешься разобраться в основных принципах этого законодательства – словно бултыхаешься в мутной жиже, состоящей из сотни допущений либо запретов. Например, можно ли покупать муниципальную землю? Можно. Но не все участки можно приобрести в собственность, что оговорено в Земельном кодексе. Изъятые из оборота, ограниченные в использовании, если законом не установлено иное, и «некоторые другие» земли не удастся выкупить. Изымают из оборота, ограничивают в использовании, устанавливают другой статус, не позволяющий землю выкупить, муниципальные власти. И федеральные – в особых случаях. Вот вам и один из рычагов выкачивания взятки. Кстати, давно подмечено: чем больше в законе «особых случаев», тем шире поле деятельности чиновников, в соответствии с этим законом жиреющих.

Приобретая в собственность или в долгосрочную аренду (как правило, до 50 лет) городскую землю, будущий владелец участвует в конкурсе. Который проводится, если участок соответствует определённым требованиям (размер, расположение, востребованность). Соответствие или несоответствие требованиям – тоже рычаг для получения чиновничьего гешефта. Как и гарантии победы в конкурсе. Вот вам уже три скелета в законодательном шкафу – а ведь это только начало.

Сдавать городскую землю в аренду, с одной стороны, чиновнику выгодно: это постоянный приток денег в карман, благо, менять правила игры – вечная российская забава. С другой стороны, это в разы повышает опасность быть пойманным: в чиновничьем гадюшнике все за всеми следят. Кроме того, сегодня ты в земельном, например, комитете, или муниципальным имуществом управляешь, или ты сам градоначальник – а завтра уже сухарями хрустишь где-нибудь по пути в Верхоянск. Создаётся впечатление, что именно поэтому закон, мягко говоря, так «многогранен»: уверен в себе – сдавай в долгосрочную аренду, сомневаешься – продавай.

Интересен и такой момент. Степень востребованности муниципальной земли состоит из целого букета: здесь и уровень электро-, водо- и газификации, и расположение участка, и возможность использования. Либо в качестве торговой площади, либо лишь под застройку, либо в других целях, «не противоречащих российскому законодательству». Что это за другие цели – в законе прописано. Например, можно сдавать землю в субаренду. Это – ещё один мощный рычаг в машине чиновничьего насыщения.

 

Такая большая разница

Стоимость муниципальной земли определяется после её оценки имеющей на то право фирмой. Муниципалитет такую фирму нанимает, та определяет так называемую кадастровую стоимость объекта. Исходя из данных, предоставленных фирмой-оценщиком, муниципальная земля впоследствии продаётся, сдаётся в аренду и облагается налогом.

В 2010 году вступил в силу закон «О внесении изменений в Федеральный закон «Об оценочной деятельности в Российской Федерации». Ожидали от него многого, ожидания во многом не оправдались. Точнее, оправдались, но только для чиновников.

Например, еженедельник «Экономика и жизнь» сетует:

«…Окончательно не разрешён вопрос о соотношении кадастровой и рыночной стоимостей. Ответ на него важен, особенно в контексте введения налога на недвижимость, позиционируемого как налог с рыночной стоимости имущества».

Налоги налогами, но разница между кадастровой и рыночной стоимостью есть одна из самых коррупционных составляющих всего российского земельного законодательства. Почему?

Для начала: сами чиновники решают, кто будет оценивать муниципальную землю. Проводится тендер, побеждает в идеале достойнейший. В реальной жизни – возможно, самый щедрый и послушный.

Вот, например, ООО «Фин Групп», фирма из Тамбова, исполнитель работ по кадастровой оценке земель населённых пунктов на территории Ставропольского края. Нет-нет, к фирме претензий никаких, раз уж само министерство имущественных отношений Ставропольского края было заказчиком работ и, однозначно, соблюло все требования законодательства. Интересно только, почему в мае 2014 года генеральным директором этого ООО был некто А.Н. Рыжков, а уже в июле – С.С. Черемисин. Впрочем, возможно, чехарда в кадровом вопросе таких заказчиков, как целое краевое министерство, интересовать не должна – хотя все и всюду утверждают: основа надёжности фирмы – кадровая стабильность…

Далее. Чем ниже кадастровая стоимость муниципальной земли, тем дешевле город – точнее, чиновник, – может продать или сдать её арендатору. И в этом случае новым владельцем или арендатором становится самый щедрый. Конечно, чиновнику приходится думать о налоговых поступлениях, и здесь важно сохранять баланс. Иначе посадят очень быстро.

Наконец, ещё одна невинная привычка чиновников: сдавать землю в долгосрочную аренду самим себе (точнее, родственникам или близким) либо нужным людям. По договорённости. Никто не удивится, узнав, например, что почти половина рынка Тухачевского в Ставрополе – практически собственность крупного краевого чиновника. Это маленький такой пример…

В результате разница между стоимостью муниципальной земли, сдаваемой в аренду городом, в разы отличается от её, земли, субарендной стоимости. С которой и налог другой, и возможности «крутить» с цифрами другие.

Однако существующее законодательство не порицает такую разницу. Просто не регулирует законодательно.

 

Сажали, сажают и будут сажать

«Кажется, что может быть глупее уды? – Нитка, на нитке крючок, на крючке – червяк или муха надеты... Да и надеты-то как?.. В самом, можно сказать, неестественном положении! А между тем именно на уду всего больше пискарь и ловится!»

Так полтора века назад писал вице-губернатор Тверской губернии Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. Уж он-то знал на примере подчинённых свойства уды, коею иносказательно взятку и называл.

Не получится у отечественного чиновника не брать – будут меняться способы, размеры, но не будут меняться устои, как не изменились они за многие столетия. Можно, конечно, пенять на полуазиатскую нашу сущность, можно взывать к несовершенству законодательства, можно даже пустить слезу по поводу низких заработков чиновников…

Но есть мнение: для такого государства, как наше, российское законодательство совершенно. В том смысле, что по-другому контролировать чиновников при сложившейся системе невозможно. Только так: давать возможность брать, чтобы постоянно держать на крючке. Даже не так. Вот как: создавать все условия, чтобы брали, и держать на крючке.

В древнем Китае, есть такая легенда, существовала превосходная традиция. Каждые пять лет одного из десяти чиновников разных уровней казнили. Ни за что-то конкретное – за то, что он чиновник. Мудрые китайцы не совершенствовали законодательство так, чтобы брать взятки и по-иному злоупотреблять властью было невозможно. Они даже не старались привести законодательство к тому, чтобы это было невыгодно. Они просто знали, что любой чиновник – преступник, и реагировали. Опыт у них был, опыт тысячелетий.

Мы тоже про чиновников это знаем. И наше государство, кажется, ведёт себя мудро по-своему. Если не можешь победить – возглавь! Так называемым «несовершенством законодательства».

Продолжение следует.

Сергей БОНДАРЕВ

Комментарии ()