еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Выжженная земля

Кавминводы стремительно теряют своё предназначение, складывавшееся веками – лечебно-оздоровительный регион с уникальным климатом, природой, гидрогеологией. Сейчас это что угодно – помесь рынка с меховым цехом, туристического места с перманентной стройкой, - но не курорт федерального значения. Добить КМВ окончательно помогают все кому не лень: чиновники и торгаши, застройщики и «прихватизаторы», действующие по принципу «После нас хоть потоп», а помогают им в этом судьи.

По недомыслию, непрофессионализму, за спасибо или за более вескую благодарность – бог весть, - но факт остаётся фактом. На днях Ставропольский краевой суд своим решением узаконил даже право краевых властей упразднять и ликвидировать особо охраняемые природные территории, выводить земли из заповедников и заказников под застройки. Вот так.

Федеральный закон запрещает, Верховный и Конституционный суды России не разрешают, а Ставропольская Фемида – да пожалуйста: дербаньте, рвите на куски земли, рубите леса, танцуйте на трупах минеральных источников. Речь идёт о судебном процессе, о котором своим читателям уже рассказывал «Ставропольский репортёр» - самом крупном в новейшей истории коллективном административном иске жителей Ставрополья к Думе и правительству края, которые намылились, судя по всему, порвать КМВ в клочья.

Охранная грамота

Но сначала немного предыстории вопроса. Первый документ о горно-санитарных охранных зонах Кавказских Минеральных Вод  - Постановление №  300 «Об установлении границ и режима округа санитарной охраны», -подписанное Советом Министров РСФСР,   было издано и утверждено в 1985 году.

Фактически после вступления его в силу ничего на курортах строить было нельзя. На его основе в 1990 году был создан документ, регламентирующий работу курортного региона, под названием «Общее положение ТерКСОП КМВ». В нем, в частности, написано, что в первом эколого-градостроительном районе с режимом жёстко ограниченного природопользования, охватывающем территорию Малокарачаевского и Предгорного районов, города-курорты Кисловодск, Пятигорск, Железноводск, Ессентуки, а также город Лермонтов и поселок Иноземцево запрещается:

— строительство новых и расширение действующих сельскохозяйственных объектов, не связанных непосредственно с обеспечением постоянного населения района КМВ и рекреантов;

— производство горных работ и добыча ископаемых;

— захоронение токсичных производственных отходов;

— размещение в городах-курортах нового жилого фонда, а также отводы под садовые участки;

— строительство инженерных сооружений, нарушающих экологический режим;

— строительство мелких котелен и использование мазута в качестве резервного топлива;

—- перевозка народнохозяйственных грузов;

— применение удобрений и ядохимикатов;

— содержание мелкого рогатого скота для производства товарной продукции;

— распашка и орошение земель во второй зоне санитарной охраны курорта;

— спортивной и любительской охоты;

— въезд в города-курорты транзитного и экскурсионного автотранспорта.

Был  утверждён и план развития региона, где отмечается, что под строгим контролем находятся курортные земли и не позволяется их гипертрофированное развитие. Также включён запрет на увеличение численности населения в курортной зоне.

Авторы ТерКСОПа предлагали радикальный подход к промышленности — выведение, перепрофилирование или ликвидацию большинства промышленных предприятий, чтобы сдержать усиливающееся загрязнение воздуха курортов. В том числе ликвидации городских свалок. Что касается токсичных отходов, то планировался один на весь регион КМВ полигон.

 Железная дорога в будущем курорте мирового значения, как предполагали учёные, должна была также измениться — пути планировали проводить в обход города Минеральные Воды, а также построить новый железнодорожный вокзал Кисловодска в другом месте. Дальше — дороги. Планировалось строительство автобана с северо-восточной стороны Кавмингруппы. Между городами должны были пойти экологически чистые троллейбусы, а в самих городах оформить запрет на движение всего транспорта кроме специального. Из Пятигорска и Ессентуков перенести автовокзалы в пригородную территорию.

Новая метла помела по-новому

Но планы не сбылись, а сам документ со временем исчез. Кстати, в первый год своего губернаторства Владимир Владимиров вспоминал о нём, но с подачи заинтересованных в бесконтрольной застройке КМВ лиц уже с негативным подтекстом: мол, документ не согласуется с современностью. Особенно в части приватизации курортных земель, на которые разевали рты представители так называемых элит. 

Например, не к ночи будь помянутый тогдашний мэр Пятигорска Лев Травнев, ныне обживающий нары в СИЗО, еще в 2013 году заявлял: «Если следовать постановлению буквально, городам пришлось бы очистить свою территорию от всего жилого фонда, памятников архитектуры, объектов здравоохранения, торговли, промышленности, транспорта и связи. Эта ситуация не только создаёт нервозность у граждан и предпринимателей, но и прямо порождает коррупцию и дискредитирует власти всех уровней».

В общем, документ, жёстко и бескомпромиссно охранявший КМВ от посягательств «прихватизаторов», отправили, как говорит молодёжь, «в топку».

Хоть трава не расти

И началась вакханалия, которую, как набравшую скорость лавину, никто уже не в силах остановить. Однако остаются у нас люди, готовые биться с сильными мира сего ради того, чтобы сохранить наши уникальные курорты. Те самые 408 смельчаков, которые подали иск к Думе края и губернатору о признании незаконным противоречия ряду федеральных законов части 8 статьи 4 краевого закона № 33 «Об особо охраняемых природных территориях».

Оспариваемая восьмая часть статьи 4 КЗ-33 гласит: «Особо охраняемые природные территории краевого значения могут утратить свой правовой статус в следующих случаях:

1) истечение срока функционирования особо охраняемых природных территорий краевого значения, установленного при их организации, и нецелесообразность его продления;

2) утрата природными комплексами и природными объектами особого природоохранного, научного, культурного, эстетического, рекреационного и оздоровительного значения;

3) придание особо охраняемым природным территориям краевого значения правового статуса особо охраняемых природных территорий федерального значения;
4) придание особо охраняемым природным территориям краевого значения правового статуса особо охраняемых природных территорий местного значения».
Однако, возражали истцы, федеральное законодательство таких прав региональным властям не даёт и прямо предусматривает запрет на ликвидацию или уменьшение площади ООПТ. И что этот противоречащий законодательству Российской Федерации КЗ № 33 —- не что иное, как лазейка беспрепятственному распилу самых вкусных земель Кавминвод.

Прокуратура стену не прошибла

В заключительном заседании, кроме представителя прокуратуры края Ледовской, по прямому указанию прокурора Ставрополья Александра Лоренца принял участие и ставропольский межрайонный природоохранный прокурор Сергей Белёвцев.

 

Правовая позиция представителей надзорных органов была абсолютно одинаковой – они просили суд иск удовлетворить.

 

Поскольку, как сказал Сергей Белёвцев, данная ч. 8 ст. 4 КЗ-33, мало того, что в корне противоречит ряду федеральных законов, относящихся к охране окружающей среды и особо охраняемых природных территорий, так ещё и расплывчата, не конкретна по смыслу, что позволяет использовать её для удовлетворения коммерческих интересов заинтересованных лиц.

 

В качестве одного из обоснований своей позиции прокуратура приобщила к материалам дела и письмо Министерства природных ресурсов и экологии РФ в Генеральную прокуратуру России с разъяснением как раз по рассматривавшемуся в суде вопросу.

 

В документе говорится: «… В настоящее время законодательством Российской Федерации не предусмотрено уменьшение площади, а также изменение границ ООПТ, в результате которого исключаются территории, ранее входившее в состав ООПТ», «изъятие земель природно-заповедного фонда запрещается за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами».

То есть в документе недвусмысленно сказано, что все последние «распилы» Машука, Змейки, Бештаугорского заказника для постройки там коттеджей, лагерей, жилых комплексов, велотерренкуров и прочих коммерческих объектов, которое активно практикуют и продвигают краевые власти, незаконно.

- Оспариваемая норма краевого закона допускает изменения границ особо охраняемых территорий, вывода из них земельных участков, на которых потом строится что угодно: дома, кафе, шашлычные, развлекательные центры и т. д., - сказал Белёвцев.

Однако представитель ответчика – Думы края – возразил, мол, КЗ-33 вступил в силу только после одобрения его многими ведомствами, в том числе и прокуратурой края, сделавшей вывод, что КЗ-33 полностью соответствует требованиям федерального законодательства.

Но прокурор Белёвцев корректно отметил, что да, на момент своего принятия краевой закон соответствовал требованиям федерального законодательства. А вот когда в него позже уже без участия прокуратуры были внесены изменения, требованиям этим он соответствовать перестал.

И чушь прекрасную несли…

Как пояснил представитель истцов юрист Георгий Легкобитов, по его мнению, пресловутую восьмую часть статьи 4 в закон впихнули уже задним числом, поскольку в пояснительной записке на предмет соответствия краевого законодательства федеральному этой восьмой части просто нет! Когда и при каких обстоятельствах она появилась в окончательной редакции закона, сказать сложно.

И поистине гомерический смех в зале вызвало утверждение представителей ответчика, что разрешаемая ч. 8 ст. 4 КЗ № 33 утрата ООПТ своего правового статуса не означает, что эти земли обязательно будут выведены и застроены чем попало. Потому как всем уже яснее ясного видно, что именно для этого  статусы ООПТ на КМВ и упраздняются – исключительно для того, чтобы откусить кусок от той или иной приглянувшейся дядям с тугими кошельками землицы.

С негодованием зал встретил и утверждение ответчика, что, по его мнению, упразднение ООПТ никак не влияет на здоровье населения. «Вы же не в заповеднике здоровье поправлять собрались? Вот езжайте в санаторий и поправляйте, в заповедниках и заказниках никто здоровье не поправляет, там охраняют природу» - развёл он демагогию. Словно абсолютно не понимая, какой вред, говоря по-прокурорски, «неопределенному кругу лиц» наносят вырубки лесов, уничтожение заповедников и прочие эко-ненавистнические поступки власть имущих.

На что кто-то из зала сказал: «Да, конечно, сейчас в заповедниках никто здоровье не поправляет, там шашлычные сейчас строят и фазенды для богачей».

Битва только начинается

Но как бы то ни было, суд встал на сторону краевых властей и в упор не увидел никаких незаконных положений в КЗ № 33. Чем руководствовалась выносившая такой вердикт судья Наталья Задорнева, не известно – в заседании была оглашена лишь резолютивная часть решения, мотивировочная будет готова лишь через 10 дней.

25 августа 2020 года получу решение суда, аудиопротокол, будем достоверно знать, что суд самостоятельно нашёл для обеливания ответчика. Если честно, я нимало не удивлен таким исходом дела, - сказал после окончания процесса Георгий Легкобитов. – Это решение, уверен, не основывается на букве закона – оно чисто политическое. Даже так – политкорректное, вынесенное в угоду «кому надо». Ведь представьте, сколько уже земель под дудку данного закона Ставропольского края выведено из состава территорий ООПТ, сколько на них уже построено дорогих доходных объектов. А кто там строит? И еще хочет строить? Да понятно кто – «большие люди». И не только, думаю, из Ставропольского края. А признай судья эту злосчастную статью, давшую право распоряжаться заповедными землями как вздумается, незаконной, и что тогда? Денежно-властные дяди окажутся перед угрозой потери всех своих вложений. И кто это простит судье? То-то же.

А мне эта ситуация один-в-один напомнила позорное судилище по мусорному полигону в селе Верхнерусском, о котором много писал «Ставропольский репортёр». Речь о том, что суд Октябрьского района, основываясь на документах и выводах экспертов, признал деятельность полигона опасной и угрожающей людям и постановил лавочку прикрыть во избежание экологической катастрофы. Но «добрая» апелляционная инстанция, поверив аргументам помойных бизнесменов «Мамой клянусь, никакой опасности нет» (других доказательств у них просто не было), разрешил полигону и дальше губить вокруг всё живое.

Однако несмотря на разочарование от такого карманного правосудия сдаваться жители КМВ не намерены. После того как они получат полный текст решения на руки, будет составлена апелляционная жалоба. Которую, к счастью, будут рассматривать не ставропольские судьи, а третий апелляционный суд по гражданским делам в Сочи.

 Посмотрим, насколько апелляционные суды независимы от решений судов первых инстанций и заказчиков узаконивания беззакония. Но у меня надежда только на Верховный и Конституционный суды, неоднократно признававшие такие действия регионов по распилу ООПТ и опережающему нормотворчеству незаконными, — подчеркнул Легкобитов.

 

                     

 

     

Комментарии ()