еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Мусорная реформа горит синим пламенем

Первый год проведения мусорной реформы в России со всей очевидностью показал, что страна не была готова к серьёзным изменениям системы обращения с коммунальными отходами. Как неподготовленной также оказалась она к реализации национального проекта «Экология», в соответствии с которым к 2024 году доля перерабатываемых отходов в нашей стране должна увеличиться с нынешних 5% до 36%.

Признаться в провале проводимой реформы и тем самым расписаться в своей некомпетентности и неспособности решать задачи государственной важности никому из её инициаторов не хватило смелости. Вместо этого они набрались наглости и продавили принятие федерального закона, в соответствии с которым сжигание мусора приравняли к его переработке. Понять, где здесь заканчивается логика и начинается глупость, довольно сложно. Но самое удивительное заключается даже не в этом. Тех, кто внимательно следил за принятием этого скандального закона, поразила виртуозность, с которой, казалось бы, поначалу безобидный законопроект народные избранники превратили в злую антиэкологическую насмешку.

Прицепной вагон к «левому» законопроекту

Начиналась эта история просто и незатейливо. В октябре 2018 года правительство страны внесло в Госдуму законопроект «О внесении изменений в Федеральный закон «Об охране окружающей среды» по вопросу внесения платы за негативное воздействие на окружающую среду», которому был присвоен номер 568200-7. Касался он уточнения способа перечисления экологических платежей. Никаких возражений со стороны депутатского корпуса законопроект не вызвал, поэтому спустя всего лишь три месяца он был принят в первом чтении.

Но затем с законопроектом 568200-7 стали происходить какие-то странные и необъяснимые вещи. Словно неведомая сила решила помешать вынесению его на рассмотрение во втором чтении.

Причина происходящего стала более понятна, когда в декабре 2019 года в Госдуму поступили поправки к законопроекту, внесённые председателем комитета по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Совета Федерации Алексеем Майоровым. Проект федерального закона сразу же получил другое название – «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в части совершенствования законодательства в области охраны окружающей среды).

А само совершенствование природоохранного законодательства свелось к появлению нового термина – «энергетическая утилизация», под которой подразумевалось банальное сжигание коммунальных отходов. Представлять законопроект в Госдуме доверили председателю комитета по экологии и охране окружающей среды Владимиру Бурматову, которого не смутило то обстоятельство, что поправки внесли не отдельно, как того требует регламент, а сделали дополнением к закону о способах уплаты экологических платежей.

Такой хитрый трюк позволил обойти этап публичного обсуждения. И это сильно возмутило некоторых народных избранников. Депутат Кирилл Черкасов, обращаясь к Владимиру Бурматову, не скрывал своего возмущения: «Это уже второй законопроект в нашем комитете, мы уже второй раз прицепляем чужие вагончики. Эти вагончики плохо пахнут, они абсолютно по другой колее идут, и они абсолютно другого размера и стандарта, не имеют никакого отношения ни к защите окружающей среды, ни к вопросам экологии». Но ему тут же отключили микрофон, и на том вся дискуссия закончилась.

Итог голосования по скандальному законопроекту оказался предсказуемым. Против закона, предложенного правительством и подкорректированного сенатором Майоровым, проголосовали всего 58 думцев. Остальные депутаты или были в восторге от идеи превратить мусоросжигание в самый распространённый в России способ переработки отходов, или эта проблема их вовсе не волновала.

Новый подход к переработке отходов

Само собой разумеется, экологи не разделили оптимизма депутатов и правительства относительно нового взгляда на проблему утилизации коммунальных отходов. По их убеждению, принятие закона в предложенной сенатором Майоровым редакции полностью поменяло стратегию, обозначенную в нацпроекте «Экология». Ранее законодательство чётко определяло приоритетные способы обращения с отходами: уменьшение их количества, обработка, утилизация и только в самом крайнем случае обезвреживание.

Закон «Об отходах производства и потребления» под обезвреживанием подразумевал уменьшение массы отходов, включая их сжигание. Теперь же в свете новых депутатских веяний, если из общей кучи отходов извлечь, скажем, макулатуру и пластик, а остальное направить прямиком в топку МСЗ, то это никакое не обезвреживание, а самое что ни есть использование «вторичных энергетических ресурсов» в качестве возобновляемого источника энергии. В этом и заключается смысл очередного, 38-го по счёту изменения, внесённого в Федеральный закон «Об отходах производства и потребления». Можно даже не сомневаться, что если депутаты решат ещё немножко поупражняться с этим многострадальным законом, то от первоначально заложенной в нём идеи не останется и следа.

Но кто уж точно позабавил народ своими рассуждениями на тему утилизации мусора, так это руководитель Минприроды Дмитрий Кобылкин. Вначале он поведал, что «нам и самим не нравится история с мусоросжиганием». Но потом министр заявил о пользе нового закона, которым, по его мнению, «мы с вами фактически вносим ограничение в части сжигания тех фракций, которые можно пустить во вторичную переработку».

Но и на этот раз не все эксперты согласились с доводами министра. Опыт зарубежных стран показывает, что из смешанного мусора, который предварительно не сортировался, удаётся извлечь не более 15%. Получается, что как минимум 85% бытовых отходов теперь на вполне законных основаниях можно будет сжигать. Как-то даже язык не поворачивается назвать это «совершенствованием законодательства в области охраны окружающей среды».

Круговорот мусорных денег

Кроме всего прочего, поправки, внесённые сразу в несколько федеральных законов, позволили решить ещё одну задачу, над которой давно и безуспешно трудились короли мусоросжигания. Теперь же им позволили направлять денежные средства, собираемые в виде экологических платежей, на строительство и реконструкцию мусоросжигательных заводов. Правда, здесь имеется одно «но». Достижение окупаемости таких проектов планируется не ранее 2050 – 2055 годов. Иными словами, они никогда не окупятся.

Тем не менее, убеждая коллег принять новый закон, Владимир Бурматов привёл совершенно иные аргументы. «Действующая система платежей неэффективна, собирается ничтожно мало: 3,5 миллиарда рублей в прошлом году со всех производителей, импортёров – это пыль в масштабах страны. Регионы в этом году вообще ни копейки не получили, а до этого, когда получили миллиард рублей, некоторые регионы вернули эти деньги, а некоторые ограничились строительством... ну, вы знаете, украшением полигонов, вот так это можно назвать: мусоросортировку построили на полигоне — конечно, это никакая не утилизация, это скорее расходование средств экологического сбора», – безапелляционно заявил руководитель профильного думского комитета.

Со слов уважаемого депутата выходило, что извлечение вторичных материальных ресурсов и их дальнейшая переработка в полезные вещи – баловство. Главная задача обращения с отходами – их использование в качестве «возобновляемого источника энергии». А то, что получаемая таким образом энергия будет в разы дороже энергии, вырабатываемой из обычных источников, – такая мелочь, на которую не стоит даже обращать особого внимания.

Курортному региону прописали мусоросжигание

Законодательное закрепление сжигания бытовых отходов в качестве прогрессивного способа их обеззараживания было с восторгом воспринято теми, кто уже не одно десятилетие пытается сделать Пятигорский теплоэнергетический комплекс (ПТЭК) ключевым звеном схемы обращения с ТБО на Кавказских Минеральных Водах. За это время каких только идей по его модернизации не было озвучено! И топливные брикеты из мусора собирались получать, и даже производство лёгких фракций дизельного топлива предлагали наладить. Но все фантазии сразу же улетучивались, когда речь заходила об источнике финансирования.

В начале 2018 года появилась информация о том, что «Ростех» намеревается за 20 млрд рублей модернизировать ПТЭК, доведя его мощность с нынешних 150 до 550 тысяч тон ТБО в год. Инвестор уверял, что при этом будет вырабатываться 55 МВт электроэнергии. Но уже летом 2019 года «Ростех-Инвест» признался, что строить ТЭС на базе пятигорского мусоросжигательного завода он не собирается. «По ряду причин проект с «Ростехом» свернулся. Предприятие (ПТЭК) является убыточным и продолжает своё существование за счёт региональных субсидий и софинансирования из города. Денег в бюджете края и города на реконструкцию до современных стандартов нет», – так прокомментировал своё решение несостоявшийся инвестор.

Но краевые власти по-прежнему не теряют оптимизма и надеются вдохнуть второе дыхание в одряхлевший завод. Эту мысль в очередной раз озвучил глава Ставрополья Владимир Владимиров 21 ноября 2019 года. «Мы будем его всё-таки реконструировать», – сказал он. Правда, затем пояснил, что требуемых 4 млрд рублей пока что взять неоткуда и вся надежда на то, что можно будет использовать на эти цели утилизационный сбор.

Теперь получается, что надежда губернатора получила шанс быть реализованной на практике. Тем более что в соответствии с утверждённой 24 декабря 2019 года новой «Территориальной схемой обращения с отходами в Ставропольском крае» рядом с АО «ПТЭК» собираются построить мусоросортировочный комплекс мощностью 300 тысяч тонн ТБО в год. При этом из всей массы отходов рассчитывают извлекать 48% вторсырья. Если это произойдёт – можно будет говорить об установлении нового мирового рекорда. А если нет – весь мусор по старинке сжечь в топке.

Наблюдая за тем, как по ходу реализации мусорная реформа сама начинает реформироваться до неузнаваемости, начинаешь понимать, что и ей, и утилизационному сбору, и бытовым отходам уготована судьба сгореть синим пламенем.

Во всяком случае нельзя исключать такой финал.

Комментарии ()