еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Ценность жизни

Ранним утром 22 июня 1941 года Германия напала на СССР. Весной 1942 г., овладев Крымом, немецкие войска устремились на юго-восток: заняли Донбасс, вышли к Дону. 24 июня пал Ростов-на-Дону – ворота Кавказа. Руководство нацистской Германии придавало огромное значение захвату Кавказа. Ведь Баку и Грозный были основными источниками нефти, что немаловажно для экономики страны…

Ветеран ВОВ Николай Иосифович Топорков родился на хуторе Нижнерусском в бедной семье. В его детстве было не особо много возможностей для получения хорошего образования, поэтому на его счету всего три класса сельской школы. Зато рабочей практики хоть отбавляй!

– Родителям приходилось помогать очень много, невзирая на возраст. С 14 лет я уже работал в колхозе, – делится ветеран. – Вплоть до самой оккупации.

 

Под гнётом врага

Лето 1942 года было тяжёлым для Красной армии – немцы наступали по всему фронту. Неся огромные потери, наши солдаты отступали, с ними шли беженцы. Такую же картину можно было наблюдать и на Ставрополье. Оккупация. В этом колючем слове, будто в тяжёлом куске свинца, сконцентрировалась вся боль и плачевная доля, выпавшая гражданскому населению во время войны. По кадрам кинохроники, чёрно-белым фотографиям и полузабытым рассказам немногих оставшихся в живых очевидцев мы сейчас можем только смутно представлять, как это было на самом деле.

Нападение на город было неожиданным. Третьего августа всё началось с бомбёжки. Бомбили маслозавод, вокзал, продовольственные склады, Нижний рынок, нефтебазу, магазины, пороховой склад. Во время неё погибли немало людей. В два часа дня фашисты вошли в город. Они заполонили все улицы, гул стоял страшный. Трое суток ехали и ехали вражеские машины. Первые дни были ужасны. Слухи о зверствах ползли далеко окрест: «Как жили люди в оккупированном Ставрополе и его окрестностях, что они переживали? Это были полгода ужаса и кошмара. На душе постоянное смятенье. Враг топчет родную землю, убивает, насилует, грабит. Люди в страхе боятся выйти из дома. Шаг в сторону – тебя нет. В этих условиях начинаешь понимать, что жизнь человека хрупка и бесценна».

Спустя несколько дней стало спокойнее. Фашистское руководство стремилось наладить порядок. На столбах появились надписи на русском о том, что в случае разбоя со стороны немецких солдат необходимо обращаться в комендатуру. А что толку?

После того как враг ушёл, жизнь стала возвращаться в нормальное русло. Конечно, кругом стояла разруха, но это было уже не важно: можно было вдохнуть полной грудью и приняться за восстановление.

 

Организация НКВД

В 1944 году Николая забрали в армию: «Увезли аж в Уфу! Как сейчас помню – станция Алкино, лес кругом. Там расформировали, обучали, готовили к сражениям. Но на фронт я так и не попал: после распределения направили в столицу, в полк правительственной связи Москва – Берлин».

30 января 1943 года вышло Постановление ГКО, согласно которому, были созданы войска Правительственной связи, в задачу которых входило обеспечение строительства, обслуживания войсковой охраны линий Правительственной связи от Ставки Верховного Главнокомандования к фронтам и армиям. Другие линии, идущие по территории страны к республикам, краям и областям, были не столь важны, потому оставались на прежнем положении.

В НКВД существовал целый оперативный орган – Отдел Правительственной связи, который ведал вопросами организации связи, её развитием, техническим оснащением, станционной службой, вопросами сохранения секретности – и войска, которые строили линии связи, обеспечивали их бесперебойное действие и несли охрану парными нарядами и секретными засадами в уязвимых местах, исключая возможность подключения к линиям для подслушивания, пресекали возможные диверсии.

– Вот этим-то я и занимался на войне, – подытоживает краткое пояснение структуры отдельных войск Топорков. – Следил, чтобы информация не попала врагу, чтобы никто не мог подключиться к кабелю. Много всякого происходило во время службы. Всего описывать не стану. Могу лишь сказать, что врага не щадили, а предателей казнили ещё пуще.

Один факт из рассказа ветерана о войне меня крайне удивил. Конечно, о параде советских войск после окончания Второй мировой войны знает каждый россиянин. Но, как утверждает современник тех событий, парады проводились и во время войны тоже: «Наверно, для государства это была непозволительная роскошь, ведь силы были истощены. Но как это поднимало боевой дух! Мы видели, на что ещё способна наша страна, и нам казалось, что мы непобедимы. Что победа – вот она, уже в руках практически, стоит только поднажать…»

А она ведь и правда уже была в руках Красной армии – война близилась к концу. После капитуляции фашистских войск полк был расформирован, и Николая Иосифовича перевели на Иранскую границу.

 

Граница на замке

Первым иностранным государством, куда в ходе Великой Отечественной вошла Красная армия, стал Иран. Это была первая союзническая операция. 25 августа 1941 года в Иран были введены советские и английские войска. Операция носила название «Согласие», она длилась всего 6 дней и стала самой «бескровной» за все военные годы. Наши потери убитыми составили 40 человек, материальные – 3 самолёта. По официальным данным, советские войска в Иране находились с 1941 по 1946 год. Все эти годы через незамерзающие иранские морские порты в СССР поставлялись товары и военное оборудование. После окончания Второй мировой войны союзные силы должны были вывести свои войска из Ирана, но Советский Союз не хотел потерять нефтяные резервы на севере Ирана и поэтому держал свои войска в северном Иране до мая 1946 года. Но это не совсем так: «В общей сложности на моём счету семь лет службы. На границе я оставался до 1951 года. – Вспоминает Николай Иосифович. – Это была… неспокойная служба. Конечно, служить в то время вообще было несладко, но граница – это особое место. Начать хотя бы с того, что мы не имели права стрелять в иранцев. Они кривлялись, выкрикивали оскорбления в наш адрес и по поводу нашего государства в целом, доходило до того, что они, простите, могли спустить штаны и повернуться к нам спиной, демонстрируя своё презрение. Знали: что бы ни вытворяли, останутся безнаказанными, пока через границу не сунутся. Ну а потом мы нашли способы их гонять!»

Видимо, не особо любит Николай Иосифович про войну рассказывать. Ещё бы! Кому же приятно ворошить безрадостное прошлое? Лишь скупо обмолвился, что там тоже была жизнь – совершенно другая, с искажёнными понятиями хорошего и плохого, но с той же верой в честь и долг, с настоящей, проверенной сложными ситуациями дружбой.

 

Послесловие

Когда после демобилизации он вернулся со службы, его хотели взять работать в милицию: «Но со службы на службу?.. Сами понимаете, молодой, вся жизнь ещё впереди, а подчиняться уже сил нет. Я отказался и пошёл в роторную буровую партию. Сначала нравилось, а потом перешёл в совхоз».

После войны работать приходилось очень много. Он трудился и трактористом, и разнорабочим – много где приходилось применять сильные руки и знаменитую русскую смекалку.

– Да потихоньку всё было. Как и у всей страны, считай. Всё одной колеёй: работа, потом женился, семья, дети… Супругу вот недавно только схоронил, возраст ведь, здоровье не то уже, – тяжело вздыхает пожилой человек. – А сегодня у неё должен был быть день рождения. Дочери поехали навестить последнее её пристанище, а у меня вот сердце разболелось. Хрупкие мы – люди. Такие сильные, стойкие, столько всего выдержать можем!.. А, однако же, очень хрупкие.

Как часто суета, разобщённость не дают возможности заметить и оценить самое главное – то счастье жить, которое было отвоёвано в горькое время войны. Мы воспринимаем как должное уверенность в том, что завтра наступит новый день, что с нами родные и близкие, что можно строить планы, мечтать, достигать цели. Но, думаю, только благодарность к нашим старикам, гордость за свершённое и с достоинством пережитое ими и память об их мужестве должны сегодня быть главным для каждого из нас.

Комментарии (0)