еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Ангел-хранитель провёл сквозь войну…

Первого августа 1942 года в Ставрополе наступила необычайно напряжённая тишина: город замер, не шумели, не бегали дети, были молчаливы взрослые.

Периодически по улицам ездил легковой автомобиль, из которого по громкоговорителю объявляли, успокаивая жителей, что немцы далеко, под Ростовом. Просили не допускать паники. Между тем Ростов, неоднократно переходивший из рук в руки, вскоре был оккупирован, и фашисты двинули войска на Кавказ, а следовательно, и на Ставрополь…

– Великая Отечественная война для меня началась с фашистской оккупации. Мне тогда шёл семнадцатый год, – начинает своё нелёгкое повествование ветеран войны Алексей Лаврентьевич Ключников. – Так вышло, что нас с другом немцы приставили ухаживать за их лошадьми. Сначала не ладилось дело: немцы – народ очень педантичный. В первое время, если нам приказывали помыть животное, мы делали это, как привыкли к этому здесь, в селе. Но каждый раз после помывки солдат доставал из кармана белоснежный платок и проводил им по крупу. Если на платке оставалась грязь, нас ожидало наказание… Однако мы быстро усвоили урок и со временем, видимо, стали неплохо справляться, ведь когда Ставрополь был освобождён и фашисты готовились к отступлению, нас с товарищем собирались забрать с собой как военнопленных. Мне удалось сбежать.

 

Путь в неизвестность

Когда пришли наши войска и освободили его родную Пелагиаду, была объявлена мобилизация для сверстников Алексея. Вместе ребята прибыли на призывной пункт и прошли все необходимые формальности. А через полтора месяца им вручили повестки, объявив, что их всех отправляют в военное училище: «Командиров из нас готовить! Ведь офицерский состав был в плачевном положении, грамотных людей катастрофически не хватало».

В январе 1944 года их погрузили в «теплушки» и, не объявив маршрута, повезли в неизвестность. Первой остановкой для продрогших солдат стал Сталинград, вернее, его руины. Здесь юноши увидели обгоревшие танки, искорёженные пушки и самолёты, сплошные развалины домов. Мы выиграли эту битву… Но какой ценой?!

– Нам приказали высадиться и построиться вдоль своих вагонов, – рассказывает Алексей Лаврентьевич. – А затем поместили в какое-то уцелевшее огромное подвальное помещение. Накормили. В другом помещении провели санобработку, «прожарили» нашу одежду. Выдали сухой паёк на три дня, и мы снова отправились в путь.

Больше месяца бойцы добирались к месту назначения. Наконец прибыли на станцию Гродеково, что на Дальнем Востоке. Здесь и началась служба для Ключникова. Так, вместо военного училища по подготовке командиров он вместе со своими друзьями-односельчанами, которые чудом оказались рядом, стал охранять восточные рубежи Родины. Ему было присвоено звание рядового 3-го взвода 3-й роты 3-го отделения 187-й стрелковой дивизии 97-го стрелкового полка. Все получили обмундирование: «Оно, конечно же, было великовато, и его пришлось значительно перешивать. Выдали нам и ботинки американского производства, которые буквально сразу же раскисали в росе, а на солнце съёживались так, что ходьба в них была не в радость. Присягу не принимал, поскольку мне не было ещё 18 лет, но занятия по военной подготовке проводились для всех одинаково».

Присягу Алексей Ключников принял в конце апреля 1944 года и, как настоящий боец Советской армии, проходил учения в полевых условиях с марш-бросками с полной выкладкой в противогазах. Рота была не укомплектована, вместо 12 бойцов в отделениях было по семь-восемь человек. Естественно, и полк в целом был в таком же положении. Оружием в основном служила винтовка Мосина образца 1891 года. Ещё продолжалась война с Германией, поэтому основные силы находились на западном направлении.

 

Восточный гром

Но вот грянул долгожданный День Победы! На Восток начало прибывать пополнение из опытных бойцов, в полной мере испытавших все «прелести» войны. Часть, в которой служили наш земляк и его товарищи, была наконец-то укомплектована. Начались полномасштабные боевые учения. Затем рядовой Ключников был отправлен в дивизионную школу на курсы санинструкторов. А его взвод стал называться разведывательным. Остальные бойцы попали в 4-й пулемётно-миномётный взвод. Армейские учения закончились, и началась подготовка к военным действиям против объявившей войну Японии.

В один из дней бойцов вооружили автоматами и после мощной артподготовки, длившейся более часа, подняли в атаку. После столь неожиданного натиска японцы отступили. А тут и наши «Катюши» подоспели. Конечно, потери были немалые с обеих сторон. Тела некоторых солдат были разорваны снарядами в клочья, их автоматы висели на ветвях деревьев. Картина была ужасной.

– Нас обучали многому, но никто не рассказывал о том, как вести себя под обстрелом на ровной местности, – иногда слова даются ветерану с трудом. Видно, что за улыбкой он хочет скрыть весь тот ужас, что всплывает в памяти во время повествования. – Мои товарищи бросились врассыпную, многие полезли на склон. Нельзя сказать, что было страшно: нас накрыла паника! Рядом со мной был один из «стариков» – солдат, прошедший Великую Отечественную до самого Берлина и знавший многие премудрости, которые нам были не известны. Он кричал «Ложись!», но среди грохота слов было не разобрать. Тогда он толкнул меня на дно воронки от разорвавшегося снаряда и сам лёг тут же, прикрывая голову руками. Позже я понял, что дважды в одно и то же место противник, как правило, не стреляет – он целится по движущимся мишеням.

О потерях Ключников вспоминает с особой болью. Ведь его главной работой на той войне была помощь раненым. Когда кончались свои перевязочные материалы, солдат медсанчасти использовал содержимое трофейных санитарных сумок. Тяжело раненых выносили с поля боя и тут же отправляли в госпиталь. Не раз мог погибнуть на той войне и сам медбрат.

 

То, чего удалось избежать

– Когда всё затихло, – продолжил мой собеседник, – мы вновь выстроились на маршевой дороге. Привели себя в порядок и двинулись дальше. Впереди был японский город Гирин, откуда слышались орудийные залпы. Как выяснилось позже, это был результат хорошо сработавшей разведки противника. И только после очередного массивного артобстрела мы обнаружили корректировщика, удобно устроившегося на дереве. Японца «сняли» и уничтожили артиллерийский расчёт противника. Тогда-то и был прекращён обстрел наших солдат. Когда поднялись на сопку, увидели ошеломляющую картину: перед нами уже не было лесов и гор, а простиралось огромное плато. Земля сплошь была в окопах. После зачистки местности нашими танками позиции японцев превратились в мёртвую зону. Но если бы неприятель пропустил нас сюда раньше, мы оказались бы в так называемом «мешке» и под перекрёстным огнём. Едва ли кто из нас остался бы в живых. Далее мы подошли к Гирину. Город скрывала грязно-серая завеса дыма – здесь уже вела бои 40-я дивизия. К нашему приходу всё было кончено. А командование уже вело переговоры о безоговорочной капитуляции Японии. 1200 военнопленных привели мы в селение Краскино Приморского края. Трое суток затем готовились к переброске в «теплушках». Затем более двух месяцев находились в тайге, пока не передали пленных органам НКВД. Там мне довелось увидеть ещё один лагерь пленных. Я думал, что это немцы, ведь они жили в поистине нечеловеческих условиях! Но оказалось, что это власовцы. И вот тогда я благодарил бога не только за то, что выжил в войне, но и за то, что он помог мне избежать плена, когда меня ещё мальчишкой немцы собирались забрать к себе конюхом.

Солдаты возвратились в свою часть, которая была уже расформирована. Не было в живых и многих товарищей Алексея Лаврентьевича. Уцелевших, в том числе и его, перевели в воинскую часть № 1456, базировавшуюся возле г. Арсеньева Приморского края. Здесь Ключников дослужил свой срок и отсюда возвратился домой.

 

О важности дней

Вот так в результате той 25-дневной операции была разгромлена самая сильная группировка Японии – Квантунская армия, полностью освобождены Манчжурия, Ляодунский полуостров, северо-восточная часть Китая, южная часть Сахалина, Курильские острова и северная часть Кореи. Утрата этих позиций лишила Японию реальных сил и возможностей продолжать войну. 2 сентября 1945 года был подписан акт о безоговорочной капитуляции Японии перед СССР и другими великими державами мира.

А Алексей Лаврентьевич получил за эту операцию награду от самого Верховного Главнокомандующего Генералиссимуса Иосифа Виссарионовича Сталина.

День интервью, 27 марта, оказался для Алексея Ключникова не просто рядовой пятницей: в этот день ему и ещё одному ветерану войны, оставшемуся в живых, администрацией села Пелагиада были вручены юбилейные медали «70 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

– Вспоминая о войне, я думаю, что мне отчаянно повезло. Вернувшись после службы в отчий дом (в котором ветеран живёт и по сей день) и взвесив всё, я решил, что не нужно жалеть ни о чём. Например, о том, что не попал тогда с ребятами на офицерские курсы, что где-то затерялись мои документы, что не попал на службу в МВД, а всю жизнь проработал в родном селе в горнодобывающей промышленности… И, слава богу, что невидимый ангел-хранитель вот уже много лет ведёт меня по дороге жизни. Я очень дорожу своей семьёй, детьми, внуками и правнуками. Всё, чего бы я хотел – достойно завершить свой путь и упокоиться здесь, в земле моих предков, в родной Пелагиаде.

Комментарии (0)