еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Не женское дело

С началом Великой Отечественной войны тысячи тысяч людей устремились в армию. Причём отнюдь не только мужчины. Официальные данные свидетельствуют, что в Красной Армии в 1941-1945 годах служили более 800 тысяч женщин, а просились на фронт ещё больше. Они служили телефонистками и радистками, поварами и пекарями, шофёрами и медсёстрами. Среди тыловых служб женщинам приходилось стирать и штопать солдатские гимнастёрки…

Но в то же время они сумели освоить такие мужские военные профессии, как лётчик, снайпер, стрелок, автоматчик, зенитчица, танкист и кавалерист, матрос и десантница. Моя попытка найти в Интернете информацию о количестве именно женщин, награждённых или погибших, не увенчалась успехом. Отдельной статистики нет, а это значит, что официальное армейское руководство не выделяло прекрасный пол из общего числа солдат. И никаких снисхождений они не получали, а правила службы определял общий воинский Устав.

– Ну так то – руководство, они солдат в основном только списками в документах видели да в описаниях характеристик. А те, кто с нами рядом воевал, товарищи наши, никогда не забывали, кто проходит через весь этот ад с ними бок о бок. Меня в отряде прозвали Кнопка, – заразительно смеётся наша сегодняшняя героиня. Маленькая бойкая старушка с выразительными глазами – сразу представляется, какой она была в молодости, в непременной солдатской форме и с катушками телефонного кабеля наперевес.

 

Ненадёжно, зато под присмотром

Анна Чмырь родом из Киева. До шестого класса школы вместе со своей семьёй жила там, на улице Тургеневской, адрес до сих пор помнит назубок! Да только не довелось ей там жизнь прожить. С началом войны мать увезла детей подальше от столицы. Семье офицера довольно сложно было укрыться, однако скитания наконец привели их в Луганскую область, село Большие Каменки, к родственникам. Но немцы наступали по всем фронтам, добрались и туда.

– Мой папа, к тому времени уже давно ушедший на войну, каким-то чудесным образом вырвался к нам на побывку. Возвращаясь обратно на фронт, он забрал меня с собой, благо возраст уже позволял, – рассказывает Анна Ефимовна. – Меня обучили на телефониста и радиста. Понятно, почему отец так поступил: в тылу люди погибали от голода. А тут я была не только обеспечена какой-никакой провизией, но и под присмотром, ведь он был командиром взвода. Конечно, присмотр сомнительный, он же не находился со мной бок о бок постоянно, да и война… Разве можно обеспечить безопасность под постоянной бомбёжкой?

Пройдя спецподготовку, юная Аня отправилась воевать: её распределили в противотанковый истребительный полк телефонисткой.

– В отряде были и другие женщины помимо меня… Но я оказалась самой младшей, к тому же лучше всех знала, как управляться с радио и рацией. Наверно, отсюда и прозвище пошло.

 

Женщины в армии…

Они были готовы к подвигу, но не были готовы к войне. Армейская дисциплина, неудобная солдатская форма, тяжёлые физические нагрузки, вся «будничная вещественность» войны, о которой они, когда просились на фронт, не подозревали – всё это оказалось нелёгким испытанием. Приходилось Анне Ефимовне не раз и телефонную линию тянуть.

– Конечно же, тяжело было, катушка-то около 22 кг весит! – восклицает женщина. – Да и подстрелили меня как-то, когда кабель тянула: пуля задела руку. Больно, конечно, но санитар, подоспевший ко мне, всё усмехался: «Ничего-ничего, заживёт до свадьбы!» Оно-то заживёт, да память же не сотрёшь...

Из госпиталя её вызволял старшина батареи.

– Собирайся, поехали, говорит. А я в одной нательной рубашке да в кальсонах. Стыд-то какой – так ехать! Я заупрямилась, стала упрашивать, чтобы мне вернули мою форму. И знаете, он её нашёл! Да только с потерями: к тому времени у меня на гимнастёрке красовалось уже несколько медалей и Орден Славы третьей степени. Ни медалей, ни Ордена, ни документов! А что делать? Искать было некогда: война шла полным ходом, тут не до наград. Выжить бы, да врагу не даться.

 

Бычки в рубахе

Большую часть службы связисты прошли практически под землёй: все по окопам и траншеям. А при прохождении через Сиваш ещё и в воде и в грязи: «Сырость да полумрак везде. А так тепла хотелось, на солнышке погреться, в Крыму ведь были! Но высовываться наружу было опасно, мы же на передовой стояли: где немец прорывает нашу защиту, туда отправляли нас или полк того же назначения».

И тут же она уже начинает рассказ о том, как ребята ловили бычков нательными рубахами, перевязывая горловину, а потом все вместе их жарили: «Истинный деликатес был. А потом, уже в мирное время, спустя много лет, увидела на полке магазина эту баночку «Бычки в томате» и не смогла мимо пройти… Но они были даже близко не такими вкусными, как те, что приносили товарищи. Может, мы просто голодные были, а может, знали, каких усилий и риска стоил этот деликатес?»

Видно было, что она не очень хочет рассказывать обо всех злоключениях, которые происходили в годы службы, намеренно уводит рассказ в сторону. Однако всё равно вспоминает: «Был у меня и ещё один памятный эпизод. Мы с девчонкой остались возле раций в укрытии, но и там умудрились попасть под обстрел. На моих глазах осколком ей отсекло кончик носа. Я так была шокирована этим зрелищем, что даже не сразу осознала, что по ноге течёт что-то тёплое… Это была моя собственная кровь: мне досталось ранение в живот».

 

Гимнастёрка, шинель и пилотка – вот мои документы!

По окончании войны пришло время оформлять документы и возвращаться домой. А какие документы, если их украли? Только красноармейская книжка – у Анны Ефимовны при себе даже паспорта не было!

– Так домой хотелось! Чуть ли не криком кричала, чтобы отправили обратно. Да только из Киева же я, а в столицы отправляли в последнюю очередь. Но на язык-то я всегда была острая – своего добилась, и с документами помогли. Правда, отправили в Житомирскую область, к матери. Наша столичная квартира была продана… Не знаю, как так вышло, может, нас считали всех погибшими, а может – хорошо заплатили за жилплощадь покупатели?

Да и что там делать-то? Голод, нищета… Вещмешок за плечами да форма – вот и все её нехитрое имущество. Работать надо было устраиваться срочно! И уже неважно куда, лишь бы платили, лишь бы выжить!

Вот так Анна и попала работать на железную дорогу кондуктором на товарный поезд. Жизнь неслась стремительно, как и вагоны составов. Там же, на железной дороге, Анна познакомилась со своим будущим мужем.

– Поначалу я не воспринимала его всерьёз, может, слишком деловая была, – улыбается ветеран. – Ухажёры вокруг меня всегда вились, и это не хвастовство, а констатация факта. Но он как будто и не видел, что я с ним холодна, постоянно меня угощал чем-нибудь съестным. По тем временам это были очень ценные подарки, ведь денег было немного, я даже работала в своей военной форме – не на что было купить рабочую одежду.

И всё же настойчивость кавалера поразила Анну, и спустя время она поняла, что и сама привязалась к нему. Решение быть вместе казалось теперь таким естественным. И за все пятьдесят лет совместной жизни женщина ни разу о нём не пожалела: «За всё то время, что мы были друг у друга, он даже ни разу в мою сторону слова худого не сказал, не то чтобы как-то обидеть! А когда я сообщила ему, что у нас будет ребёнок, вы даже представить себе не можете, как он радовался, чуть ли не на руках носил, пылинки сдувал… А я всё понять не могла: чему радуется, ведь самим ни есть нечего, ни жить негде – квартиру снимали».

Однако вырастили они и первую дочь, и вторую. Сейчас Анна Ефимовна живёт в селе Верхняя Татарка Ставропольского края – семья переехала сюда вслед за дочерью. Опять же, через всё прошли, хозяйство подняли. Да только уже пять лет, как женщина живёт без мужа: «Оставил он меня. Видимо, и я за ним скоро, ведь здоровья нет совсем… Дочери, конечно, ухаживают, приезжают в гости внуки, правнуки: гордятся, что у них бабушка такая! Ветеран – это для них что-то благоговейное. Да вот только родным мы и нужны, получается, правительство-то только на праздники о нас вспоминает, у него, небось, и без нас забот хватает… Но всё равно бывает обидно, что о нас так просто забыть, нас тут и осталось-то – на пальцах перечесть…»

И правда, обидно. За время, пока готовилась к публикации эта статья, другая участница Великой Отечественной войны, которую я, к сожалению, так и не успела посетить, Ксения Ивановна Дубовцева из посёлка Цимлянского Ставропольского края, скончалась от инсульта. Ещё так много не рассказанных историй, так много того, что даже не останется в памяти потомков, ведь они уходят в небытие вместе с людьми, которые сражались за нас и наше будущее. И оставшееся время для них отмеряется уже не годами, а буквально днями…

Комментарии ()