еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Небо, девушка… парашют!

У неё всё началось с банального прыжка с крыши и залихватского «Слабо?» от старшего брата. Нет, не слабо! Оказалось, не слабо даже прыгнуть с парашютом 998 раз, стать заслуженным мастером спорта Советского Союза и получить голубой берет. Для Антонины Алексеевны Кошкиной это стало жизненным кредо: «костьми лечь, но сделать». А сделать она успела немало…

 

Неспособный мастер

Первый прыжок прошёл, как в тумане. Начинать заниматься этим спортом в то время можно было с 18 лет, а ей только сравнялось 17. Но разве что-то могло её остановить?

– Уже один только вид самолёта вызывал подозрения. Какая-то консервная банка! – рассказывает Антонина Алексеевна. – Я была самая маленькая в команде, и по росту, и по весу, мне предстояло прыгать последней, и за это время страх только усиливался. Инструктор пытался меня подбодрить, показывая, какие удивительные виды открываются там, внизу. Но я даже в иллюминатор смотреть не могла, сразу плохо становилось. А в голове крутилось «Только бы прыгнуть уже поскорее, только бы не струсить!»

Но всё завершилось благополучно, и после трёх вылетов третий разряд был у неё «в кармане». После месяца перерыва было решено идти дальше. Для того чтобы получить второй разряд, нужно было совершить ещё 25 прыжков, но уже по заданным нормативам.

– Я падала, как мешок с картошкой, – улыбается мастер спорта. – И всё «штопорила» – левый штопор был просто ужасный, и на спину вечно переворачивалась… Неспособная я была парашютистка.

А вот её муж, с которым они познакомились, кстати, на аэродроме, прыгал, как кошка, полностью соответствуя своей фамилии.

Коренная ставропольчанка, Антонина Алексеевна работала на Стройбыткомбинате простой мозаичницей. Возвращалась со второй смены только к двенадцати, а уже в три часа ночи выходила из дома, чтобы к половине шестого утра быть на аэродроме, успеть собрать парашют и приготовиться к вылету. Не нужны ей были ни новые платья, ни новомодные сумочки, косметика… Она мечтала приобрести экипировку и лётный шлем. А то в его отсутствие приходилось прыгать в одной косынке.

– Да, с соответствующей одеждой тогда было туго, – вспоминает Антонина. – Но нам это никогда не мешало.

 

Не плавать, а летать

Голубой берет она получила… благодаря мужу. Он служил в Кировабаде в спортроте. И когда командир полка сказал, что нужны девушки для создания женской команды, первой была рассмотрена именно кандидатура Тони, на тот момент уже заслужившей титул чемпионки Советского Союза. Так она стала военной.

Конечно, там всё было куда интересней, организованней, и прыжков, разумеется, было больше. Плюс две рекордные работы, за которые Антонина получила звание чемпионки мира.

Ночные прыжки – пожалуй, самые страшные и сложные в её практике. Страшно даже не за себя, а за тех, кто прыгает. Особенно за мужа, когда ты уже стоишь на земле, а он ещё не приземлился.

– Рядом была вертолётная площадка. А вокруг – темень, – рассказывает Кошкина. – Когда прыгаешь, не видишь ничего вокруг. Только на поясе фонарик, чтобы следить за секундомером. А шли один за другим, по счёту, и внизу уже только была перекличка. Вот и рассчитывают нас: первый, второй, третий… Десятый? Где десятый? А он не приземлился. Где искать, куда могло отнести? А вдруг за лопасть вертолёта зацепился?.. Тревожно, конечно.

Интересными были и прыжки в воду. Особенно если учесть, что Антонина Алексеевна не умела плавать.

– Первый раз прошёл нормально, а вот со вторым как-то не задалось. Запасной, уже разбухший от воды, парашют придал скорости, и в озеро я «вошла» глубоко, а вынырнула как раз под этим самым запасным, – от мрачных воспоминаний на лице Антонины не дрогнул ни один мускул, только глаза заблестели ещё ярче. – Ткань к воде сильно прижимала, и всё, на что хватало моих сил, это сделать глоток воздуха и снова погрузиться вниз… Так и держалась, ждала, пока не подоспеет спасательный катер. Как только он появился, я сразу успокоилась – жить буду! Но, не тут-то было, они мимо проплыли, а кричать о помощи не могла – стыдно. Я уже чуть было не сложила руки, но… Оказалось, что у соратницы моей, Зины Яковлевой, ситуация складывалась куда хуже, поэтому сначала помогли ей, а только потом меня вытащили. Вот так я плавать и научилась.

 

Воздушная семья

Спорт дал Кошкиной намного больше, чем титулы, награды и травмы. Если бы не страсть к прыжкам, она бы никогда не познакомилась с главным человеком в её жизни – мужем Владимиром. Почти всю свою парашютную карьеру они были рука об руку – не шли, но летели. Причём во всех смыслах этого слова. Но появление детей всегда накладывает на человека бремя соответствующих обязанностей.

– Случись что с нами, их некому было бы оставить, – рассказывает Антонина. – И во время прыжка ты понимаешь, что просто не имеешь права не приземлиться благополучно. Ведь теперь на тебе лежит ответственность не только за свою собственную жизнь, которой ты так привыкла рисковать, но ещё и за жизнь и благополучие детей. И это намного важнее…

Ну а какое увлечение могло возникнуть у детей таких родителей? Естественно, полёты!

К сожалению, дальше третьего разряда сыну не позволило пойти состояние здоровья. Дочь Лена успела совершить целых 536 прыжков, пока не получила серьёзную травму руки, которая помешала продолжить карьеру.

– Вначале сохранять мои тренировки в тайне мне помогал мамин брат. Потому что я знала, что мне влетит от матери с отцом, если я хотя бы заикнусь об этом, – смеётся Елена. – Я нашла одного-единственного инструктора, который с ними не прыгал, и записалась в его группу.

Ради первого прыжка ей пришлось в буквальном смысле сбежать из дома. Родители узнали о выходке дочери сразу же, как только она приземлилась, и дома, разумеется, её ожидал скандал. Но каждый его участник прекрасно понимал, что гены никуда не денешь, и любовь к небу и адреналину – это уже семейная черта.

 

О них – хоть книги

– Я ни о чём не жалею! – улыбается Антонина Алексеевна. – Ну, может быть, только о том, что не дотянула до тысячи –

это была моя мечта. А так, благодаря спорту я объездила столько городов, столько всего увидела, у меня появилось великое множество друзей. Всю жизнь меня окружали интересные, надёжные и отзывчивые люди. Если бы можно было вернуть всё назад и переиграть заново, я поступила бы точно так же, несмотря на проблемы со здоровьем.

В рассказе Антонины ещё очень много интересного. И о том, как они с подругами плакали прямо посреди лётного поля, когда погодные условия не позволяли подниматься вверх. И об испытаниях новых моделей парашютов, когда ребята демонстративно оставляли свои «запаски» на аэродроме, потому что знали, что в чрезвычайной ситуации они просто не смогут ими воспользоваться. И о том, как она встретила своего лётного товарища, пятикратного чемпиона мира, человека, который первым в истории выполнил ряд десятисекундных акробатических фигур всего за девять, работающим простым сторожем в мебельном магазине, за копейки… Многое из её повествования достойно быть озвученным, но, к сожалению, вынуждено остаться «за кадром». Вынуждено, потому что такие жизни сложно уместить в формат газеты – о них надо писать целые книги! И нужно, чтобы люди книги эти читали и гордились тем, что живут в одном городе с такими выдающимися личностями.

Ольга ШИЛОВА

Комментарии ()